Рекомендовано ведущими рейтингами
Москва
Санкт-Петербург
Киев
Никосия (Кипр)
E-mail
Фактический адрес

Москва, ул. Малая Полянка, д. 12А
(рядом с м. Полянка)
Киев
Никосия (Кипр)
Фактический адрес

Москва, ул. Малая Полянка, д. 12А
(рядом с м. Полянка)

02

Июня

2020

(Видео) Финальный «дедлайн» по организации реального офиса с персоналом («сабстенс») на Британских Виргинских Островах

2 июня 2020 года состоялся наш очередной бесплатный вебинар на тему: «Финальный «дедлайн» по организации реального офиса с персоналом («cабстенс») на Британских Виргинских Островах. Обсуждаем наши действия и имеющийся опыт, рассматриваем кейсы слушателей».

На вебинаре наши эксперты рассмотрели следующие вопросы:

  • Общие положения закона
  • Что делать и в какие сроки
  • Как правильно подготовить описание бизнеса
  • Анализ данных о деятельности компании: возможные варианты
  • Обзор сложившейся практики получения заключений от местных юристов на БВО

Презентацию вебинара можно скачать здесь


Ниже Вы можете ознакомиться со стенограммой нашего вебинара:

Анна:

Здравствуйте, уважаемые коллеги!

Сергей:

Анна, приветствую! Коллеги, сегодня у нас мероприятие совместно с нашей коллегой из питерского офиса, Анной Терёшиной, старшим юристом.

Тема у нас сегодня, на мой взгляд, очень животрепещущая, по этой теме мы получаем огромное количество всевозможных вопросов, говорить мы сегодня будем на тему создания substance на Британских Виргинских Островах, потому что большинство офшорных компаний создается именно там, хотя это законодательство коснулось не только Бивиай, но и большинство других офшорных юрисдикций.

Но все страны пошли по разному пути: кто-то выбрал для себя более простой вариант, только для лицензируемых компаний, некоторые страны выбрали компромиссный вариант, есть много исключений и усложнений, все это происходит под воздействием ЕС, который помещает страны в свои черные списки, что очень серьезно ограничивает работу с ними, поэтому многие страны подстраиваются под требования ЕС, Анна чуть позже нам об этом расскажет.

Коллеги, мы уже проводили подобный вебинар, а сейчас решили повторить, потому что уже появилась практика, мы можем реально проанализировать текст закона и кодекса, мы можем поделиться практическими выводами, есть сформированные мнения юристов, мы будем рады поделиться нашими рекомендациями по этой теме.

Если у вас офшорные компании не только на Бивиай, вебинар тоже будет полезен, какие-то общие тренды к решению вопросов точно будут. Мы всегда рады вашим вопросам на вебинаре и в частном порядке после него.

Анна, я передаю слово тебе, расскажи нам немного об истории вопроса, чтобы мы освежили память.

Анна:

Хорошо, начнем презентацию.

Мы сегодня будем оперировать тремя понятиями, суть которых одна и та же: мы будем говорить об экономическом присутствии, что является калькой от английского economic substance, мы будем также употреблять слова substance, такой англицизм-жаргонизм, и создание реального офиса — это суть, те действия, которые от вас потребуются. И этим словосочетанием мы хотим вас немного приблизить к размытому понятию экономического присутствия, которое предусмотрено законом, но в принципе все это есть одно и то же, просто, чтобы не было масла масляного, использовать будем равносильно все три термина.

Как же так получилось, что Британские Виргинские Острова требуют теперь создание реального офиса? Все это является последствием общеевропейского тренда борьбы с бумажными компаниями, ни банки, ни европейское сообщество не хочет их видеть, все хотят видеть реальное экономическое наполнение бизнеса, где и как вы зарабатываете деньги.

1 января 2019 года вступил в силу Закон об экономическом присутствии, и первые три месяца года только об этом и говорили, потому что ровным счетом ничего не было понятно, к лету 2019 года ситуация уже прояснилась, как раз тогда мы проводили первый вебинар на эту тему.

9 октября 2019 года регуляторный орган International Tax Authority (ИТА) публикует правила об экономическом присутствии, закон написан достаточно сухо, рамочно и непонятно. Правила раскрывают большую часть используемых терминов, приводятся примеры, правки к этому закону приняты буквально на днях, 10 февраля 2020 года, они незначительные, но имеют место быть. И 31 октября 2019 года вступают в силу поправки к Закону о защищенной системе поиска бенефициаров (Закон о системе BOSS).

Что такое система BOSS — это информационная платформа, доступ к которой имеют ряд авторизованных лиц, в том числе регистрационные агенты, которые имеют свой личный кабинет в этой системе, куда они вносят информацию о бенефициарных собственниках, теперь будут вносить информацию и о деятельности компании и подпадает ли она под действие закона, требуется от компании создание экономического присутствия или нет.

Один регистрационный агент не имеет доступа к личному кабинету другого регистрационного агента, широкий доступ к этой базе данных имеет некоторое количество авторизованных лиц, которые приносят присягу, система предусматривает прекращение права доступа, если доступ осуществляется из несанкционированной локации.

Сергей:

Можно сразу вопрос: многих беспокоит обмен информацией, в том числе между налоговыми органами, как ты думаешь, данные из системы BOSS будут ли использоваться для передачи в рамках автообмена, можно ли будет получить информацию из этой системы по запросу из компетентного органа, в рамках соглашений, договоренностей между странами?

Анна:

Я думаю, да, конечно.

В рамках мотивированного запроса от компетентного органа. Мы достоверно не знаем, но как мы можем себе представить: приходит мотивированный запрос, проходит через прокуратуру, через суд, расскажите все, что знаете.

На самом деле надо ответить на конкретные вопросы, никто никогда не отвечает больше, чем спрашивают, и дальше компетентный орган получает всю информацию.

Теперь все будет гораздо проще: все эти акцептованные мотивированные запросы будут приходить к лицу, имеющему доступ в BOSS, и это лицо будет оценивать качественность запроса и давать на него ответ.

Сергей:

В этой связи компании, которые будут пытаться доказать свою налоговую резидентность какой-то другой страны, чтобы избежать создание офиса на Бивиай, могут выбирать страну, где им было бы комфортно это сделать, не думая, что в последующем эта информация может попасть в руки проверяющих органов России?

Я к тому, что надо понимать, что предоставляемая в систему BOSS информация не обладает режимом полной секретности, в случае необходимости можно будет данные выудить из этой системы и использовать, например, как доказательство ведения деятельности в другой стране и доказывать необходимость уплаты налогов там.

Анна:

Я бы сказала, что надо забыть об абсолютной конфиденциальности в принципе: каждый раз, когда вы кому-то сообщаете информацию о структуре вашей компании, о бенефициарах, об источниках происхождения денежных средств, надо понимать, что теперь вся информация открытая, так или иначе, и никто не будет вас защищать, как только придет мотивированный запрос, все про вас всем расскажут, это относится и к регистрационному агенту, и к банку, и к провайдеру номинального сервиса — всем собственное благополучие значительно дороже вашего.

Да и бегать от налогов мы не рекомендуем — структурируйте свой бизнес таким образом, чтобы ваша налоговая нагрузка была оптимальной и вы при этом находились в правовом поле.

И информация из системы BOSS тоже будет доступна, не просто так эта система создается, и однажды, в рамках ЕС, будет платформа, имеющая сквозные доступы (мы уже говорили об этом на вебинаре по бенефициарным собственникам).

Сергей:

Анна, расскажи, пожалуйста, в отношении каких компаний распространяет действие этот закон, кому нужно быть в первую очередь внимательными, кто должен моментально реагировать, у кого есть время? На кого распространяется этот закон?

Анна:

Закон распространяется на компании, зарегистрированные на Британских Виргинских Островах, и на партнерства. Мы сознательно не говорим о партнерствах, потому что нам достоверно неизвестно о существовании ни одного партнерства, мы полагаем, что это мало используемый инструмент, для России это не очень актуально. То есть мы говорим о компаниях, зарегистрированных на территории Британских Виргинских Островов, и об иностранных компаниях, которые ведут там деятельность.

Это мы определились с субъектным составом, дальше нам надо приступить к анализу деятельности субъекта, ведет ли компания так называемую релевантную деятельность.

Если да, то это требует создания реального офиса на БВО. В каком объеме создавать этот офис? Тут ответ очень расплывчатый, объем присутствия должен быть соразмерен объему прибыли от релевантного вида деятельности, при этом если у компании есть несколько направлений деятельности и все они подпадают под определение релевантной деятельности, недостаточно вычленить что-то одно и под это одно создать substance, необходимо обеспечить уровень присутствия для каждого вида деятельности, это присутствие должно быть релевантно денежному потоку этой деятельности.

Сергей:

Коротко резюмирую: действие закона распространяется на компании, партнерства и иностранные компании, при условии, что они ведут релевантную деятельность, то есть ту, которая прямо, исчерпывающе указана в законе, и те, кто является налоговыми резидентами, не могут подтвердить резидентство третьей страны. По сути, нужно совпадение трех этих условий.

Анна:

Я бы резидентность сюда не относила сейчас, иностранная компания, если она ведет деятельность на территории БВО, уже подпадает под действие закона, она должна будет отчитаться, какую деятельность она ведет на территории БВО, и если эта деятельность релевантна, это приведет к созданию присутствия.

То есть все перечисленные субъекты обязаны отчитаться о той деятельности, которую они ведут, независимо от того, релевантна она или нет. Налоговое резидентство — это немного обособленная история, поговорим о ней позже.

Сергей:

Давай поговорим о релевантной деятельности тогда.

Анна:

Тут большой соблазн для нашего слушателя сейчас — засыпать нас вопросами и рассказать, как у него, чтобы обсудить, что сейчас делать.

Но это не цель нашей беседы сегодня, наша цель — собрать ваши представления об экономическом присутствии на БВО в некую целостную форму, чтобы у вас возникло понимание направления движений.

Конечно, не поговорить о релевантных видах деятельности мы не можем.

Первые три пункта — банковская деятельность, страховая и управление фондами — это подлежащая лицензированию деятельность, то есть если у вас нет лицензии на эту деятельность, значит это не она.

Дальше более детализировано приведены наиболее распространенные виды деятельности, отдельно хочется остановиться на холдинговой деятельности — это тот вид деятельности, который требует минимального объема присутствия на БВО.

Если компания лишь владеет активом, например, долями других предприятий, то с высокой степенью вероятности этот объем присутствия будет удовлетворен стандартными критериями наличия регистрационного агента и регистрационного адреса, но это неточно, так как есть вариант, что регистрационные агенты, поскольку они сейчас потеряют львиную долю портфеля (многие компании на БВО ликвидируются, переезжают в другие юрисдикции) будут заинтересованы в том, чтобы поднять свой доход за счет единицы обслуживаемой компании, они скажут, что не обязаны удовлетворять требования законодательства об экономическом присутствии, они будут просить либо какие-то дополнительные визы, подписывать дополнительные соглашения о том, что есть конкретный сотрудник в офисе регагента, который непосредственно занимается делами конкретной компании. Такое развитие событий кажется нам наиболее вероятным.

Сергей:

Я бы добавил, по сути, холдинговые компании, pure active holding, как ты сказала, это действительно владение долями и акциями дочерних предприятий и получение дохода исключительно от дивидендов и от реализации ценных бумаг, при этом многие использовали эти компании, чтобы заходить в какие-то кипрские компании, где открыты реестры собственников-акционеров, то есть тем самым они закрывали данные об акционерах компании, это самое распространенное, но есть случаи, когда офшорные компании выступают учредителями российских организаций, при этом никакой активной функции эти холдинги не осуществляют, они не выполняют функции управления этими дочерними предприятиями, нет органов, которые дают инструкции, решения, определяют стратегию и т.д., это просто пассивное владение, плюс компании Бивиай не принимают никакие риски за деятельность своих дочерних предприятий, то есть в 99% случаев действительно достаточно регистрационного агента и предоставляемого им адреса, чтобы исполнить действие закона, а если мы имеем более активную историю, то скорее всего потребуется и персонал, который рассчитывает риски, осуществляет менеджмент, то есть важно рассматривать, насколько компания ведет активную деятельность при пассивном пакете.

Анна:

Все верно, так и есть, здесь мы сталкиваемся с критерием core income generating activity, то есть деятельность, которая формирует основной доход, и нужно смотреть, есть ли в принципе у компании денежный поток.

Ряд наших клиентов на Бивиай не имеют банковского счета в принципе, и с высокой степенью вероятности это не приведет к возникновению экономического присутствия на БВО — нет денежного потока.

Есть денежный поток, но нет управленческих решений, то есть какие-то минимальные требования, есть и денежный поток, и решения, и как-то еще иначе, чем просто транзитом отправить дальше дивиденды, еще что-то с этими средствами компания делает, то есть происходит расщепление деятельности, она уже не pure холдинг.

Основной вывод для наших слушателей, который можно сделать из этого диалога, это то, что все сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Когда вам кажется, что достаточно просто самостоятельно произвести анализ деятельности вашей компании, это не всегда может оказаться так, деятельность расщепляется, и какой-то небольшой виток, который вам кажется незначительным, может привести к необходимости создания экономического присутствия, поэтому необходимо мысленно раздробить деятельность своей компании, посмотреть, что генерирует денежные потоки для вашей компании, посмотреть, какую роль играет компания Бивиай в формировании этого денежного потока, и все это поможет прийти к выводу о необходимости создания реального офиса.

Сергей:

Может быть, ты пару слов скажешь про IP? Наверняка есть много клиентов, у которых есть объекты интеллектуальных прав в офшорных компаниях, в отношении их им стоит переживать?

Анна:

Им стоит переживать сильнее всех, потому что требования для компаний, занимающихся интеллектуальной собственностью, самые жесткие. Но переживать надо было полгода назад, сейчас уже пора бегать кругами и что-то срочно с этим делать.

Здесь есть тот же критерий, как и в отношении холдинговой деятельности: если компания является только держателем прав, нет денежного потока, роялти, не занимается компания разработкой, ничего не происходит, просто она является держателем актива — с высокой степенью вероятности создание реального офиса не потребуется.

Хочу обратить внимание, что мы сейчас говорим о разных позициях, которые озвучиваются разными специалистами на БВО, это частное мнение, основанное на анализе законодательства конкретными местными специалистами, для того, чтобы быть уверенными, что вывод по вашей конкретной ситуации сделан корректно, необходимо прийти к специалисту и получить консультацию в отношении своей собственной ситуации, здесь необходимо и детальное толкование закона, и, конечно, оно должно исходить от местных специалистов.

Сергей:

Может быть, еще скажешь несколько слов о торговой деятельности и оказании услуг?

В современных условиях сложно представить, чтобы офшорная компания активно занималась операционной деятельностью, потому что есть определенные проблемы у офшорных компаний с открытием счетов в банках, но тем не менее, если кто-то сохранил такую возможность, тоже должны обратить на это внимание, что деятельность признается релевантной с учетом того, что стороны по сделке являются аффилированными, но если у вас все контрагенты независимые, то вы не подпадаете под действие закона.

И такой важный аспект — сроки, в них много путаницы. Расскажи, пожалуйста, что такое финансовый период, с какого момента он начинается и когда заканчивается, когда наступает обязательство в части представления отчетов и в части выполнения требований закона по созданию присутствия, если оно необходимо.

Анна:

В стороне останутся компании, зарегистрированные после 1 января 2019 года, поскольку они обязаны соблюдать требования наличия реального офиса со дня регистрации. Мы поговорим о тех компаниях, которые зарегистрированы до 1 января 2019 года.

Как мы помним, закон вступил в силу 1 января 2019 года, полгода был такой терминальный период, до 30 июня 2019 года, и с 30 июня 2019 года по умолчанию начал течь первый финансовый период.

У клиентов была возможность сместить этот период в меньшую сторону, но поскольку первый год все более чем скептически относились к происходящему, то мало кто воспользовался возможностью сместить период, поэтому практически у всех финансовый период будет течь по такому базовому варианту.

На днях, 29 июня, наступает последний день для уведомления регистрационного агента о своей деятельности, то есть сейчас мы, как профессиональные посредники между агентом и клиентом, собираем информацию от клиентов о деятельности, мы заполняем специальную декларацию, которую агент нам предоставляет, и он в соответствии с ней будет файлировать информацию в системе BOSS.

Стоит сказать, что та часть BOSS, которая должна в себе аккумулировать информацию о деятельности компании по реальному присутствию, пока не работает, и какой-то формализованной декларации не существует, поэтому каждый регистрационный агент, исходя из своего толкования закона и права, создает эту самую декларацию (все они плюс-минус похожи, с одинаковыми вопросами, конечно, но тем не менее).

Сергей:

Дело в том, что уже могут возникать и штрафы, связанные с непредставлением вовремя или с искажением данных. В этом и важность этого срока — 29 июня.

Анна:

Да, все верно, штрафы могут начаться с января 2021 года, и срок 29 июня будет отправным, относительно этой даты будет рассматриваться нарушение сроков. И у нас есть еще полгода на создание реального присутствия, если оно требуется, то есть дедлайн у нас — конец 2020 года. Если вы ведете релевантный вид деятельности, у вас есть полгода, чтобы что-то с этим сделать. Полгода — это немного, особенно с учетом пандемии.

Сергей:

Мы надеемся, что компаний, которые подпадут под создание substance, будет меньше, чем тех, которым это не надо делать.

Важно, что в случае чего нужно успеть поменять свою локацию в более льготные зоны или перевести свои активы в зоны с более льготным законодательством.

Но остаются холдинги, будем анализировать эти кейсы и стараться не нарушать закон.

Теперь давай поговорим про штрафы и санкции для тех, кто не будет соблюдать сроки, игнорировать предупреждения и информацию не предоставлять.

И самое главное — какие перспективы наложения реальных штрафов, как их можно взыскать в последующем?

Понятно, что все покажет практика, пока предположения, но тем не менее.

Анна:

Предусмотренные штрафы достаточно суровые, и на наш российский, и на европейский взгляд. Цифры впечатляют.

Штраф для директора компании на сумму до 75 000 долларов или тюремное заключение на срок не более 5 лет, ответственность в том же объеме и за те же правонарушения налагается и на регистрационного агента, штраф для компании до 400 000 долларов.

Сразу отметим, что здесь мы указали самые высокие значения, конечно, в административном порядке ответственность накладывается в меньшем объеме, далее она может быть эскалирована в судебном порядке.

Каким образом штрафы могут быть взысканы и насколько реально то, что они будут наложены? Думаю, вполне реально, учитывая, что пандемия ударила по экономикам всего мира. Наверное, на начальном этапе регулятор будет ограничиваться предупреждениями, но вслед за предупреждениями наверняка последуют штрафы, сначала в минимальных размерах (но 10 000 долларов тоже малоприятно).

Сергей:

Думаю, одна из самых реальных санкций за несоблюдение требований — это вычеркивание компании из реестра. Наверное, это крайняя мера, но мне она видится более жизнеспособным инструментом, нежели штраф.

Или еще метод: ограничить компанию в возможности получения документов из регистрационной палаты, это получение выписок из реестров с данными о компании. Мне кажется, это достаточно эффективный способ повлиять на сами компании, потому что без этих документов ты не можешь пользоваться счетом, не можешь совершать какие-то сделки в госорганах и у нотариуса.

И есть еще вторая сторона вопроса: директора тоже несут ответственность по закону, и не маленькую, и если такая ответственность на директора будет накладываться, он как минимум будет пытаться уйти в отставку, каким-то образом выйти из компании и переложить ответственность на бенефициара (по большей части они работают по соглашению, которое в том числе регулирует и вопросы ответственности, как правило, он действует на основании инструкции, ответственность за деятельность по этой инструкции лежит на самом бенефициаре).

И если в течение длительного периода директор назначен не будет, то компания тоже может быть вычеркнута из реестра. Важно, как директор будет реагировать на эти действия, но если последуют штрафы, велика вероятность, что он уйдет в отставку.

Анна:

Совершенно верно, как я уже говорила, никто не будет рисковать собой ради вас. Мне кажется, как только на горизонте замаячит риск штрафа, наверное, с первого предупреждения директора пойдут в отставку.

Это реальное развитие событий. Я думаю, будет взаимодействие между регистрационными агентами и провайдерами номинального сервиса, какая-то коммуникация там должна будет образоваться (сейчас она отсутствует). Компания действительно может быть вычеркнута из реестра из-за несоблюдения требований к юридической форме.

Сергей:

Пока мы этого не видим, профессиональным участникам (банки, например) тоже будет не лишним предоставление какой-то информации, это будет свидетельствовать о том, что компания соблюдает законодательство на Бивиай об экономическом присутствии.

Только каким образом они смогут это проверить? Возможно, к некоторым компаниям они будут обращаться с просьбой дать заключение от локальных юристов с подтверждением факта исполнения законодательства. Из того, что я читал, никаких подтверждающих документов регулятор представлять не будет, скорее здесь заявительный порядок, ты заявляешься, при этом какое-то подтверждение тебе не дают.

Анна:

Возможно, какая-то информация будет отражаться в сертификате incumbency. Мне кажется, как только появятся запросы со стороны банков, а это вполне реально (мы видим, что банки требуют подтверждение по исполнению законодательства по КИКам в России, например), думаю, на них будет сформулирован полноценный ответ, может быть, документ от регистрационного агента в подтверждение того, что сведения о компании зафайлированы в BOSS. Будет ли упоминание о substance, сложно сказать.

Сергей:

Давай сейчас поговорим об имеющейся практике, с чего нужно начать, как правильно проанализировать деятельность своей компании. Я тоже потом добавлю из опыта нашего московского офиса.

Анна:

Допустим, вы получили запрос о том, что вам необходимо сообщить о той деятельности, которую вы ведете. Наверняка вы уже не раз задумывались о том, является ли ваша деятельность релевантной. Какие есть пути, чтобы разобраться, подпадает ваша деятельность под требования создания реального офиса или нет.

Первое, это самостоятельный анализ, его риски мы обсуждали выше, ни мы, ни вы не являетесь специалистами в английском праве, это только наше мнение, но оно не является финальным заключением, мы не готовы подтвердить, являются ли наши выводы конечными, мы лишь готовы порассуждать на тему, требуется вам реальное присутствие или нет.

Как убедиться, верны ли эти выводы? Можно получить классификацию от регистрационного агента: регистрационные агенты создали у себя достаточно формальные программки, которые на основании предоставленных данных делают анализ о том, подпадает деятельность под требования создания substance или нет, это очень формальный документ — формальный анализ по формальным критериям, это не юридический документ, регистрационный агент не несет никакой ответственности за те выводы, которые он указал.

Мы даже сталкивались с тем, что разные регистрационные агенты делают разные классификации, наше мнение может быть вообще иным, потому что агент знает меньше, чем мы, учитывает не все нюансы. К тому же если регулятор не согласится с выводами в вашей классификации, вы будете нести за это ответственность, а не агент или посредник.

Сергей:

Я дополню из опыта московского офиса: главная проблема самоклассификаций в том, что в них не содержится вводная часть, содержатся лишь выводы агента в отношении той или иной деятельности, общий текст и ряд оговорок, когда мы к ним обращаемся, апеллируем пояснить, на основании чего были сделаны выводы, они могут быть очень разными и не соответствовать нашему пониманию ситуации.

Каким образом выглядит классическое юридическое заключение: есть вводные и выводы, к сожалению, электронная форма классификации содержит только выводы, нет вводной части, и это заставляет задуматься, насколько применим на практике этот документ. Но в любом случае это говорит об осмотрительности клиента, он захотел узнать, подпадает ли его деятельность под создание substance.

Анна:

Да, я тоже считаю, что такая классификация является подтверждением должной осмотрительности клиента. Если регулятор не согласится с выводами классификации, будет надеяться, что вы отделаетесь предупреждением, штрафа не будет. Это все, на что мы можем рассчитывать — снисхождение со стороны регулятора при наличии классификации.

И третий путь, который стоит денег, но и дает другие результаты, это то самое юридическое заключение, за которым мы идем к респектабельным юридическим компаниям на БВО. Это полноценное юридическое заключение, с вводной частью и выводами, со ссылками на законодательную базу, с анализом всех подводных камней вашего бизнеса — все в совокупности будет рассмотрено. С юридическим заключением можно идти в суд, оно будет аргументом в вашу пользу.

Сергей:

Есть ошибочное мнение, что юридическое заключение позволяет найти оптимальное решение вашего вопроса, но местные юристы не могут вам посоветовать, каким образом обойти закон, заключение дает понимание, соответствуете или нет, какие юридические последствия порождают те или иные выводы.

Анна:

Здесь же будет применима европейская Дак 6 о том, что если консультант видит признаки налоговой оптимизации, он обязан об этом заявить в компетентный орган, поэтому не надо ожидать, что в юридическом заключении вы найдете ответы на самые душещипательные вопросы, будут просто ответы, что происходит и как быть дальше.

Сергей:

Надо сказать, что мы не видим от агентов глубокого погружения в вопросы. Мы тщательно обсуждаем с клиентом их деятельность, пытаемся по косточкам разобрать бизнес-процессы, юридические взаимоотношения между сторонами, как это все работает, чтобы правильно отразить это в вводных классификации.

У агентов более формальный взгляд, иногда важные вещи упускаются.

Поэтому классификация больше подходит для более очевидных и понятных видов деятельности, не требующих глубокого анализа, а если ваш кейс нестандартный, мы бы рекомендовали обращаться за полноценным юридическим заключением.

Теперь давай поговорим, что происходит, если компания подпадает под требование создания реального присутствия.

Анна:

Пункт первый создания реального офиса мы с вами оставим в стороне, потому что как будет выглядеть реальный офис на практике, непонятно никому, даже тем, кто работает на БВО, есть большие вопросы по инфраструктуре, непонятно, где БВО возьмут ее под тысячи компаний, даже если брать коморки.

Где мы их столько возьмем? А потянут ли БВО интернет? Это никому непонятно, поэтому создание реального офиса оставляем в стороне, подумаем, что бы нам сделать, чтобы его не создавать.

Первое, прекращение релевантной деятельности, если для вас релевантный вид деятельности среди прочих не является жизненно важным, откажитесь от него.

У меня есть такие примеры, это рабочий вариант. Какие в данном случае были предприняты шаги: мы написали письмо в банк о прекращении определенного вида деятельности, в банковских документах такое назначение платежа больше фигурировать не будет — вполне себе подтверждение.

Можно еще резолюцию директора подготовить, что с этого дня вы больше этим не занимаетесь. Если же от этого направления деятельности отказываться не хочется, можно перенести его на другую компанию. Например, на Сейшельских островах пока все не так плохо.

То же самое и с активами: если данные активы приводят к возникновению релевантной деятельности, их можно перенести на другую компанию.

Можно провести реорганизацию, ликвидацию или редомициляцию (это смена прописки, переезд компании). Многие наши клиенты — владельцы интеллектуальных прав переехали, как только речь зашла о возможном substance.

С ликвидацией все понятно, только ее хотелось бы закончить до конца этого года, но можно, наверное, и в начале следующего, но лучше в этом. На БВО ликвидация редко занимает меньше месяца.

Сергей:

Сразу вопрос по поводу ликвидации или редомициляции компании, насколько я это понимаю, поскольку уже подходит к концу отчетный период, то вряд ли можно подать на ликвидацию, не предоставив данных о своей деятельности, скорее всего, нельзя будет ликвидироваться или перевестись, пока не сдашь форму, это опять вопрос штрафов, если информация где-то всплывет на Бивиай, это такие отложенные риски для клиента.

Анна:

Да, мы можем говорить об отложенных рисках, но как возможные шаги я бы их не исключала. Конечно, у нас есть риски прошлых периодов, мы не можем исключить, что ITA будет анализировать деятельность истекшего финансового года, но степень реализации этого риска оценить очень тяжело, она зависит от наличия судебной практики, пока практики нет — все домыслы. Можем предположить, как было с российским КИК, штрафы прилетали тем, кто подал уведомление, декларации, но с нарушением срока. Я предполагаю, что здесь будет примерно то же: первые года три ITA будет работать с нарушением сроков: очевидно, что декларация подана, релевантный вид деятельности заявлен, а substance не создан. С этим и будем работать, маловероятно, что будет проводиться анализ прошлых периодов. Если исходить из того, что это возможно, то риски имеют даже те, кто ликвидировался в этом году, с июля прошлого года. Но я думаю, реализация этих рисков достаточно низкая.

Сергей:

Давай еще подумаем о таком варианте, когда деятельность подпадает под определение релевантной, клиент не хочет создавать офис, но и закрыть компанию тоже не представляется возможным в силу ряда причин (продолжающиеся контракты, наличие судебных дел, необходимость исполнить договор и т.д.). У нас есть небольшой опыт создания офисов на Бивиай — это очень дорого и крайне сложно ввиду ограниченности инфраструктуры. Что делать таким клиентам?

Анна:

Я так понимаю, что ты подводишь к смене налогового резидентства, чтобы продемонстрировать на БВО, что компания платит налоги в другой стране, является налоговым резидентом другой страны? Да, такая компания не подпадает под требования о создании substance. Каким образом это можно сделать? У нас есть опыт классификации, когда компания, которая была раскрыта как КИК в РФ, то есть налог выплачивается в РФ, с точки зрения регистрационного агента, была признана как transparent entity, компанией, прозрачной для целей налогообложения, и признается налоговым резидентом РФ. Такая спорная ситуация, но тем не менее. Такой опыт у нас есть.

Сергей:

Согласен, такое решение не так очевидно, прибыль контролирующего лица и самой компании — это немного разные вещи, разный субъект налогообложения, но такая практика есть, да.

Анна:

Как бы это работало для партнерства? Налогообложение происходит не на уровне партнерства, а на уровне партнера.

Сергей:

Уплата налога на КИК не освобождает тебя от необходимости уплаты налога в стране регистрации компании, можно зачесть, но тем не менее. То есть можно попробовать не только стать налоговым резидентом другой страны, но и необходимо предоставить подтверждение того, что ты уплачиваешь эти налоги, а не только стоишь на учете. У тебя есть мысли, куда бы можно было компанию налогово редомицилировать, скажем так?

Анна:

Практического опыта у нас нет, но в литературе есть вариант получения налогового резидентства в Гонконге. Таким образом, если компания Бивиай не будет извлекать прибыль с территории Гонконга, будет выполнять критерии освобождения офшорной прибыли, то и налогового бремени у нее не возникнет, у нее возникнет более высокая административная нагрузка, потому что ей нужно будет готовить финансовый отчет и проходить аудит, и сертификат от гонконгской налоговой будет вполне удовлетворительным подтверждением для ITA, о том, что компания Бивиай является налоговым резидентом Гонконга.

Сергей:

Мы как раз с коллегами сейчас прорабатываем такой вопрос для клиента, рассматриваем варианты аккредитации представительства, аренды офиса, получение налогового номера для компании в таких странах, как Армения, Казахстан, там есть особенности в плане уплаты налогов, но как вариант можно посмотреть в эту сторону, поскольку это не так дорого и в какой-то степени позволяет решить задачу, пусть даже с определенными «но».

Анна:

Единственный комментарий по следующему слайду: юрисдикция не должна входить в черный список ЕС.

Сергей:

Да, по этой причине у нас и отвалились Сейшелы сейчас.

Анна:

Кайманы еще в черном списке, остальные страны в нашей практике довольно редко используются: Самоа, Кайманы, Фиджи, Гуам, Оман, Палау, Тринидад и Тобаго, Американские Виргинские Острова, Вануату и Сейшелы. Этот список короткий и достаточно экзотичный, в российской практике пока используются Кайманы и Сейшелы.

Сергей:

Давай тогда перейдем к последнему слайду, деятельности, которая не требует создавать экономическое присутствие. Как ты можешь прокомментировать?

Анна:

Пойдем по порядку, инвестирование в недвижимость. Есть у нас целый ряд клиентов, у которых компания Бивиай является просто владельцем объекта недвижимости, напрямую, не через долю в российской компании. Таким клиентам переживать не о чем.

Выдача беспроцентного займа, нет денежного потока — нет присутствия, то есть если финансируете за спасибо, присутствия не требуется. При процентных займах нужно смотреть дополнительно, есть нюансы.

Компании-кошельки. Подразумевается, что компании финансируются средствами бенефициара, бенефициару так удобно оплачивать свои расходы. Такие компании тоже не требуют создания реального офиса. И то, что мы говорили в отношении холдинговых компаний, просто владение долями и акциями других компаний в отсутствие дивидендов, просто обеспечение конфиденциальности интересов бенефициара по тем или иным причинам, мы неоднократно говорили, что конфиденциальности уже нет, тяжелые структуры усложняют открытие банковских счетов, но, тем не менее, нет денежного потока, нет банковского счета — экономическое присутствие не потребуется.

Сергей:

И торговые компании и компании услуг в отсутствие аффилированности тоже не подпадают под действие закона. То есть не так и страшно. Компании-кошельки — это портфельные компании, которые владеют акциями, облигациями, инструментами срочного рынка — такие кейсы тоже очень и очень популярны. Единственное, что в условиях современного мира я слабо представляю себе беспроцентный займ, во-первых, ни один банк такой займ не пропустит, плюс есть проблемы трансфертного ценообразования — это тоже выглядит не очень хорошо с этой точки зрения. Поэтому займ нужно рассматривать детально. Одно дело, когда денежный поток компании исходит от процентов, которые получает компания на регулярной основе, но большинство клиентов, с которыми мы работаем, имеют заемные отношения, но это скорее разовые сделки, но основная деятельность и доход заключаются в другом, в торговых операциях либо во владении чем-то. Разве что речь идет о казначейских компаниях, которые предоставляют и получают займы. То есть если займ, то нужно идти получать классификацию, а лучше юридическое заключение.

Коллеги, если у вас есть вопросы, задавайте, мы будем рады на них ответить сейчас или в частном порядке.

Из сегодняшнего общения мы можем сделать вывод, что законодательство есть, его нельзя игнорировать, с учетом того, что оно принято недавно, и для офшоров это как революция, поэтому пока что многое неясно и для нас, и для юристов на БВО, нет судебной практики, при этом законодатель предусмотрел очень серьезные меры ответственности, что побуждает к тому, чтобы находиться в рамках этого закона и исполнять все обязательства. Мы с каждым днем получаем все больше опыта и обратной связи, что позволяет уже какие-то подводные камни обходить. Хочу отметить, что у нас на сайте появилась статья на эту тему, она может помочь в осмыслении этого материала.

Ответим на вопрос Ирины: компания владеет портфелем ценных бумаг, свободно обращающихся на бирже, правильно я понимаю, что такая деятельность не является релевантной?

Анна:

На мой взгляд, портфельные инвестиции требуют дополнительного анализа, нужно смотреть на функционал компании, каким образом она распоряжается этим доходом.

Сергей:

Да, мы уже это проговорили, по общему правилу не подпадает, но возможны исключения, мы советуем как минимум обращаться за получением классификации, но по своему опыту можем сказать, что такая деятельность не подпадает в том виде, в котором вы ее сформулировали. По поводу аффилированных контрагентов мы тоже уже ответили на вопрос.

Анна:

Если вы торгуете не с аффилированными лицами, ваши контрагенты независимые, присутствие на БВО не требуется.

Сергей:

Повторимся, что список релевантных видов деятельности закрытый, нет расширительного толкования. Туристическая деятельность не является релевантной.

Анна:

Какие выводы можно сделать по итогу вебинара? Первое, до конца месяца обязательно сообщите своим профпосредникам о том, какую деятельность ведет ваша компания, максимально подробно ее описав, раздробив, если требуется, необходимо понимать, что формирует ваш доход, какие ручейки создадут ваш денежный поток. Наша задача как профпосредника предоставить эту информацию до конца месяца регистрационному агенту, он должен ее зафайлировать в системе BOSS, которая пока не работает. Далее у вас есть полгода, чтобы обеспечить соответствие закону, обеспечить наличие экономического присутствия на БВО, если оно требуется. Если по итогу анализа деятельности у вас возникает необходимость создания substance, у вас есть еще полгода, чтобы что-то с этим сделать. Да, у вас возникают риски прошлых периодов, но попробовать можно. Если компания нерелевантна, все равно компания обязана заявить о своей деятельности в систему BOSS через регагента. Это обязанность для всех. Далее вы создаете офис, если это нужно, или пытаетесь это обыграть, чтобы эту обязанность нивелировать. Это решение, но решение не без оговорок. Получайте квалификации регистрационных агентов, получайте юридические заключения в случае сложной комплексной деятельности, не опирайтесь только на собственное мнение, да и на наше тоже.

Сергей:

Аня, спасибо тебе за интересный доклад. Коллеги, будем информировать вас о наших будущих событиях, спасибо за участие! До новых встреч!

Анна:

Спасибо. До свидания!



Спикеры

Назаркин С.В.

Назаркин С.В.

Партнёр компании

Есть вопросы? Свяжитесь с нами:

Телефон
Компания Amond & Smith Ltd
Режим работы
,
сб. – вс. – нерабочие дни
119180, Россия, Москва, ул. Малая Полянка, д. 12А